Иван Краско:

«Без воды – ни туды и ни сюды»

Иван Краско – народный артист России, актер театра и кино, в прошлом служил на флоте и до сих пор с удовольствием надевает парадную морскую форму. Недавно ему исполнилось 85, но кажется, годы не властны над ним: он по-прежнему энергичен, жизнелюбив и предан сцене. Нам Иван Иванович рассказал о том, как моряки относятся к воде, как она помогает сохранять жизненный тонус, и почему мы должны ее беречь.

Вода – элемент природы, без которого никак не обойтись, как без кислорода в воздухе. Она жизненно необходима, без нее, как говорится, ни туды и ни сюды. И в нашем организме ее больше 80 процентов – не случайно ведь так природа рассчитала. Я вот люблю пить минеральную воду, например «Ессентуки 17» – для здоровья в моем возрасте очень полезно.

Никогда не жалел о том, что окончил Балтийское высшее военно-морское училище. Мы гребли на шлюпках, работали с парусами на шхунах, драили палубу на линкоре «Новороссийск» и прыгали с его борта прямо в Черное море, с семиметровой высоты. Все это воспитало во мне волю, а Станиславский считал, что из всех человеческих качеств для актера важнее всего именно воля. Потом я служил в качестве командира десантного корабля. Хоть плавал всего одну навигацию, но и она пошла мне на пользу. И все же море меня «выплюнуло»: на самом деле, качку я не переношу – вестибулярный аппарат у меня слабый. Я обычно говорю – это потому, что я больше мозгами работаю. Ну и глубины я боюсь, так же, как высоты.

Иногда кажется, что воды даже слишком много. Вот, на дачу по весне приезжаешь – елки-палки, море разливанное, весь снег-то растаял. И если посмотришь на наш земной шар, то тоже кругом вода. Мне на эту тему Миша Боярский анекдот рассказал недавно. Пришел к Господу мужик с глобусом, и говорит: неразумно ты Землю сотворил – людям тесно, жить негде. Суши мало, а океанов и морей полно. Может, переделаешь так, чтоб было наоборот? А Господь отвечает: нет, мол, мороки слишком много. «А, ну тогда у меня вторая просьба к тебе: сделай так, чтобы в 2018 году Россия стала чемпионом мира по футболу». – «А ну-ка, дай-ка сюда твой глобус!».

Шутки шутками, а пресной воды на планете уже не хватает. Когда на корабле по морю плаваешь, понимаешь, что воду надо беречь, ведь той, что за бортом, разве что горло можно полоскать, если оно заболит. Для моряков пресная вода – это святое дело, как хлебушек для блокадника. В военные годы, когда я рос, с водой тоже было трудно, и к ней относились по-другому. И вообще жизнь была гармоничнее, потому, что жили по Сократу – «я ем для того, чтобы жить». А сейчас многие живут, чтобы есть, в этом и разница. Отсюда – роскошь, излишества. Люди бесятся с жиру.

Надо нашим ученым придумать такой приборчик, который бы блокировал кран, если вода долгое время льется попусту. Приходит хозяин квартиры домой, заходит в ванную – а кран-то уже не включается. Все потому, что он у тебя с утра 20 минут открыт был. Или наоборот, сделать так, чтобы кран сам изгибался, и все лилось на пол. Почему потоп на кухне? А вот не будь дураком, не лей воду зря. Только так и можно приучить к экономии. А то мы все беспечные, надеемся, что за нас все кто-то решит. У меня вон мужики подрастают, Ваня и Федя, и я им так говорю: если вы своей башкой не понимаете, будете другим местом понимать.

Мне даже нравится хмурая и дождливая погода. Не так, как Александру Сергеевичу, конечно. Но жару я в принципе не переношу. Такой уж я северный поморский человек, по роду своему, потому что живу в морской столице России.

Мои любимые водоемы – Вартемякский пруд и Охта. Я там родился, в Вартемяках, и красивее места для меня в мире нет. Видимо такое впечатление создается у человека в детстве, а потом его уже невозможно переубедить. Ну, и Нева конечно. Я как-то был на съемках в Австрии, и начал хвалить Вену, мол, это не город, а музей под открытым небом. Так меня студент, Курт, даже пристыдил. Говорит, вы же из Санкт-Петербурга, я там пять раз бывал. Вы подойдите к Медному всаднику, взгляните на Неву – от дворца Меньшикова, Университета, Кунсткамеры до Дворцового моста и Петропавловки – в мире такой гармонии, такой красоты больше нигде нет. И когда я вернулся домой, первым делом пошел к Петру Алексеевичу и попросил у него прощения за то, что привык к этой красоте, к ее стабильности. С тех пор, как прохожу мимо Медного всадника, останавливаюсь, приветствую его, а если я головном уборе, то отдаю ему честь.

Фото: Интерпресс. 

Силами Disqus